«Окружите себя языком, подкармливайте себя культурой, заведите друга-франкофона» – Новости – Schola – Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

В выпуске, посвященном французскому языку, об особенностях этого языка, причинах и опыте его изучения, а также практиках перевода рассказывают Мария Мазанова, Анастасия Фоминых и Светлана Чечович.

— Как получилось, что вы стали изучать французский? С чего началась ваша история его изучения?

Светлана Чечович, доцент Школы филологических наук факультета гуманитарных наук

— Я изучала французский в школе, а когда поступила в Белградский университет, департамент сравнительной литературы, узнала, что французское правительство предлагает стипендии для послевузовского образования во Франции. У меня появилось желание учиться в Париже, в Сорбонне. Я параллельно стала посещать занятия на кафедре романистики, и через несколько лет после окончания Белградского университета меня приняли в желанный университет — Париж-3, Сорбонну, где я занималась французской поэзией модерна, в частности творчеством Аполлинера, также темой его дружбы с русскими художниками. Я по-настоящему погрузилась во французский язык. После магистратуры в Париже и нескольких лет жизни в городе у меня появился шанс получить стипендию престижного франкоязычного Лувенского католического университета в Бельгии, где я обучалась в докторантуре и защитила диссертацию по теме русско-французско-бельгийских культурных и литературных связей.

Бельгию я полюбила задолго до этого благодаря поэту Верхарну, которым восхищалась еще во время учебы в Белграде и о котором узнала от любимой преподавательницы французского. Позже эта преподавательница стала моим близким другом.

Мария Мазанова, доцент департамента иностранных языков и профессиональной коммуникации факультета гуманитарных наук нижегородского кампуса НИУ ВШЭ

— В школе я изучала английский. Мне пришлось даже перейти в другой класс, поскольку нашему классу достался немецкий. Английский я полюбила еще до школы: с подачи отца ловко повторяла некоторые фразы. Мне нравилось звучание, это была одновременно и заумь, и «артикуляционный балет», короче, сплошной восторг. Так что первой моей любовью стал именно английский. Французского в нашей школе не предлагали, но песни Мирей Матье возбуждали во мне лингвистическое любопытство, это точно.

А вот когда встал вопрос о поступлении в вуз, ответ возник однозначно: иняз, Горьковский педагогический институт иностранных языков. Но в качестве второго языка снова маячил немецкий, и, хотя я уже понимала, что его неприятие — это не более чем влияние советских военных фильмов, помноженное на мою слуховую впечатлительность, я уже знала, что хочу изучать французский. Чтобы подстраховаться, я выбрала факультет французского языка, где английский был вторым.

Поначалу было очень трудно перестроиться: английский интерферировал со страшной силой. Шел 1989 год, интернета тогда не было, и весь аудиоматериал мы получали от преподавателей или в лингафонном кабинете, который мы называли лабораторией. Туда нужно было ходить каждый день. Записи были, конечно же, неаутентичными, казались искусственными, но мы все равно старались. А живые носители в нашем городе начали появляться только в девяностых.

Анастасия Фоминых, тьютор Школы иностранных языков

— Я начала учить французский язык в 2014 году, когда мне было 18 лет и я поступала в университет. В школе я изучала только английский и хотела преподавать этот язык, хотя с ним у меня были сложные отношения: у меня неплохо получалось, но мне все никак не удавалось понять все его нюансы и исключения — это сбивало с толку.

Когда я поступила в Курский государственный университет (КГУ), я не смогла попасть на программу с английским языком, и мне предложили выбрать между немецким и французским. Изучать выбранный язык нужно было, конечно, с нуля, чему я очень обрадовалась. И я выбрала французский, потому что вокруг меня на тот момент крутилось много всего французского: песни, фильмы и особенно книги. У меня не было большой мечты о Франции, французском языке и культуре, как это часто бывает у тех, кто приходит к этому языку во взрослом возрасте, мое знакомство с ним нельзя назвать романтичным, полюбила я его уже позже, при близком знакомстве с ним.

Во французской группе нас было всего семь человек, и это дало возможность погрузиться в язык очень глубоко: нашим замечательным преподавателям на тот моменты кафедры французской филологии удавалось поработать с каждым из нас почти индивидуально, занятия французским были многочисленными в нашем расписании, разносторонними, очень интенсивными, и так на протяжении пяти лет учебы! Я с теплотой и ностальгией вспоминаю свою учебу в КГУ как время, когда моя мотивация изучать язык и любовь к нему были на пике, я буквально жила в языке, с энтузиазмом окружала себя информацией на французском и каждый день радовалась тому, как много я сегодня узнала и как многому научилась. Можно сказать, это был букетно-конфетный период в моих отношениях с французским языком, который перерос в стабильную теплую любовь к нему, ведь я до сих пор с интересом его изучаю и уверена, что буду изучать всю жизнь!

— Какие советы, которые могли бы помочь в процессе обучения, вы можете дать тем, кто изучает французский?

Светлана Чечович

— Иногда студенты хотят быстро освоить французский язык, словно есть какая-то волшебная таблетка: проглотил — и мгновенно заговорил свободно. Но это не так. Изучение любого языка — это длительный процесс. Я всегда советую студентам больше читать, причем обязательно выбирать книги любимых авторов. Чтение любимых книг на французском — это самый эффективный путь к знанию языка.

Мария Мазанова

— Самое главное — подкармливать себя интересными материалами на французском языке и регулярно с ними работать. Их просто море, и благодаря интернету они доступны. Тут важно определиться с тем, что вам действительно интересно, что вас манит и влечет. Любите квантовую физику — читайте, слушайте, смотрите материалы по квантовой физике на французском. Интересуетесь психологией? Ищите статьи и видео по психологии. Играйте в игры, смотрите мультики и кино, пойте песни — все пойдет на пользу. Конечно, на начальном этапе это непросто, но в качестве мотивации и расширения зоны ближайшего развития (по Выготскому) — самое то. Потому что в учебниках материалы, мягко говоря, скучноватые, они рассчитаны на среднестатистического потребителя.

Если вы не социофоб, заведите себе друга-франкофона для живого общения. Пишите на форумах, вступайте в дискуссии, задавайте вопросы. Потому что непосредственная коммуникация формирует в нашем сознании самые надежные нейронные связи, что приводит к заметному скачку в уровне владения языком. Одно дело — говорить на языке с преподавателем или с одногруппником: всегда в случае затруднения можно перейти на более понятный язык, отсюда ощущение, что на самом деле вы говорите как бы понарошку. А вот если вы общаетесь с человеком, который не знает вашего родного языка, — это уже все по-настоящему.

Анастасия Фоминых

— Существуют базовые советы по изучению любого языка, которые очень часто приводят, но которые я все же повторю, так как они чрезвычайно важны. Первый — помнить о регулярности: лучше учить язык немного, но каждый день, ввести его в привычку. А второй — это погружение в язык. Находясь далеко от страны изучаемого языка, максимально окружите себя этим языком: читайте, слушайте музыку, смотрите фильмы и сериалы, находите собеседников для практики.

Что же касается французского языка, я всегда представляю его как дом с прочным фундаментом и этажами. Этажи можно строить бесконечно, но важно помнить, что, прежде чем перейти на следующий уровень, необходимо убедиться, что предыдущий построен прочно и качественно: все понято и разложено по полочкам. Конечно, как и в любом языке, во французском каждый день появляются новые исключения и труднообъяснимые нюансы, стремящиеся раскачать нашу конструкцию. Но нам, изучающим французский, очень повезло, ведь этот язык чрезвычайно структурный и логичный, и если наш дом построен тщательно и по всем стандартам, то все новые нюансы будут лишь исключениями, подтверждающими правило.

Изучая французский язык, всегда убеждайтесь, что каждый кирпичик знаний на своем месте и прочно скреплен с соседними кирпичиками, — это поможет избежать проседаний. Если вам кажется, что какой-то кирпичик повис в воздухе и не связан с другими элементами языка, скорее всего, вы пропустили что-то важное на предыдущем уровне. В таком случае постарайтесь найти лакуны в своих знаниях и заполнить их.

Для меня аналогия с домом — ключевая в изучении французского языка, ведь его логичность и структурность не только облегчают это нелегкое дело, но и влюбляют в язык.

— Какой отпечаток накладывает французский на постановку и описание научной проблемы? С какими проблемами сталкиваешься при переводе текстов на этом языке?

Светлана Чечович

— Должна признаться, мой случай немного специфический: я считаю себя сербско-французским билингвом. Я действительно научилась профессионально писать на французском: большинство моих научных работ написаны и опубликованы на этом языке. Французский язык требует умения четко и логически корректно формулировать свои мысли. Это отражается и на постановке научной проблемы. Однако это не означает, что на других языках сложнее формулировать научные задачи, просто у меня так сложилось с французским.

Французскую и бельгийскую литературу и культуру я изучаю в компаративном ключе, потому что вижу себя человеком, стремящимся создавать мосты между культурами. По этой причине я занимаюсь двуязычными писателями. Как писал франко-ливанский писатель Амин Маалуф, суть его идентичности и смысл жизни — в существовании на перекрестке двух-трех культур и принадлежности каждой из них.

Мария Мазанова

— Если я правильно понимаю, из первой части вопроса торчат мохнатые уши гипотезы лингвистической относительности Сепира — Уорфа. Гипотеза эта красивая и лихая, но вот особенно в том, что касается научных проблем, стоит, пожалуй, воздержаться от соблазна. Полагаю, что на исследовательские стратегии влияет не язык как таковой, а традиции научной школы и, не побоюсь, особенности психологического склада исследователя. А вот с точки зрения стилистики франкоязычные научные тексты действительно имеют свою специфику по сравнению, например, с англоязычными или русскоязычными.

Как пишутся научные тексты на русском языке? Весьма сухо и нейтрально — таковы требования научного стиля в пространстве русского языка. Поэтому первое, что особенно бросается в глаза, когда переводишь французские научные тексты, — это их бóльшая степень образности и экспрессивности по сравнению с русскими. Часто переводчику приходится жертвовать яркими метафорами и хлесткими сравнениями, чтобы соответствовать жанровым и дискурсивным характеристикам целевого языка. При этом хорошо написанный французский научный текст отличается ясностью и логичностью, отчасти благодаря обилию логических связок, в том числе подчинительных союзов. В русском языке, даже в научном стиле, логические связи зачастую лишь подразумеваются, а преобладает сочинительная связь. Это необходимо учитывать при переводе в обе стороны.

Еще один интересный стилистический момент — это так называемая терминологическая синонимия во французском научном дискурсе. В русском языке принято, что в научном тексте одному понятию соответствует один термин (означающее). Это упрощает понимание и снимает неоднозначность. Во французском тексте можно встретить несколько означающих для одного понятия. Это может сбивать с толку неопытных переводчиков, недостаточно владеющих предметной областью. К тому же при переводе на русский встает вопрос о целесообразности сохранения такого разнообразия номинаций.

Получается, что, несмотря на логическую строгость, французский научный дискурс более беллетристичен, что ли. Конечно, встречаются работы, написанные по англоязычной академической модели, но либо их авторы не французы, либо это тексты, изначально рассчитанные на перевод (такое бывает). Интересно, как будет меняться стилистика научных текстов в будущем с учетом доминирования англоязычной модели и развития технологий искусственного интеллекта.

Анастасия Фоминых

— Я считаю, что в том, что касается научного текста, французский язык имеет много общего с русским и английским, ведь этот стиль, как правило, отличается строгостью, точностью и некоторой сухостью, а особенности того и иного языка лучше раскрываются в стилистически более окрашенных текстах. Однако и в таком тексте, пусть и не столь ярко, но проявляются особенности французского языка, а проистекают они, опять-таки, из его структурности и логичности: во французском языке все со всем связано, и эти взаимосвязи и ассоциации накладывают свой отпечаток и на мышление носителя этого языка. При восприятии, интерпретации и переводе текстов на французском языке важно помнить, что каждое слово в таком тексте выбрано неслучайно: оно призвано не только точно передать смысл, но и часто выразить субъективное отношение автора и даже намекнуть на исторические или культурные явления. Французские тексты действительно изобилуют такими словами, отсюда игра слов, множество каламбуров, аллегорий, часто их можно трактовать не одним и даже не двумя способами. Это касается не только лексики: выбор грамматических средств тоже передает не только базовые смыслы, но часто эмоции и культурные и социальные коннотации. И пусть научному тексту вышеперечисленные черты французского языка свойственны в меньшей степени, все же они находят свое отражение и в нем. Поэтому понимание французского мышления, знание французской культуры и истории и постоянный поиск ответа на вопрос, почему автор использует именно это средство, играют важную роль при работе с текстами на французском языке.

— Какие художественные произведения (из области литературы, музыки, кино и т.д.), по вашему мнению, наиболее ярко отражают уникальный характер и богатство этого языка?

Светлана Чечович

— Их очень много. Марсель Пруст — моя большая любовь. Погружение в роман «В поисках утраченного времени» — это словно спуск в суть языка и смысл жизни, который именно языком можно лишь приблизительно описать…

Маргерит Юрсенар — ее роман «Мемуары Адриана» я часто люблю перечитывать. Кажется, его бы я точно взяла с собой на необитаемый остров.

Очень люблю современного французского писателя-путешественника Сильвана Тессона и его поэтическо-медитативные описания природы в тех краях, которые он посещал (например, Тибета и Сибири). Люблю поэта Кристиана Бобена.

Как я упомянула, люблю двуязычных писателей, например Андрея Макина, особенно его знаменитый роман «Французское завещание». Он, можно сказать, представляет собой любовь к России, выраженную на тонком французском языке.

«Сирано де Бержерак» — драма Эдмона Ростана и фильм с Жераром Депардье: монологи и реплики Сирано заставляют вас дрожать, так же как и песни Жака Бреля или Франсиса Кабреля.

Анастасия Фоминых

— На мой взгляд, лучшей иллюстрацией возможностей французского языка является стихотворение Жака Превера «Прогулка Пикассо» (Promenade de Picasso). Мне нравится это стихотворение тем, что оно объединяет в себе все лучшие качества французского языка. В частности, его аналитизм (который ярко проявляется в интерпретации слова «яблоко»: за ним скрываются многочисленные культурные и исторические коннотации, от которых герою стихотворения, художнику-реалисту, возможно, никогда не удастся оторваться, чтобы изобразить яблоко просто таким, какое оно есть), его знаменитый фонетический аспект (сочетание и противопоставление звуков, ритм), динамичность и скорость французского языка и мышления (особенно в исполнении Ива Монтана, видео доступно в сети Интернет). Перевод «Прогулки Пикассо» на русский, как и любой перевод любого текста, неизбежно теряет многие важные элементы этого стихотворения, поэтому очень рекомендую по возможности насладиться им в оригинале!

— Если бы у вас была возможность провести личную экскурсию по значимым местам, которые у вас ассоциируются с этим языком, то какие места вы бы посетили и почему?

Светлана Чечович

— Люблю посещать места, связанные с литературой и писателями. Например, люблю стоять перед реконструированным кабинетом Верхарна в Альбертине (Королевская библиотека Бельгии в Брюсселе).

Маленькие парижские кафе в районе Сен-Жермен-де-Пре и Сен-Мишель, а также прогулки по набережной Сены.

Книжные магазины. Мой самый любимый — «Тропизмы» в центре Брюсселя.

Конечно, университеты, в которых я училась: кафедра романистики и сравнительной литературы Белградского университета, Сорбонна и Лувенский католический университет, где я получила научную степень.

8 сентября, 2025 г.