Иммунитет к хаосу

Золотарева Алена Анатольевна

Международные конфликты, кризисы, цифровая перегрузка — современный мир испытывает нашу психику на прочность каждый день. Традиционная психология часто изучает последствия: тревогу, депрессию, психосоматику. Но что если смотреть на проблему иначе — через призму ресурсов, которые не дают нам сломаться? Психологический иммунитет — это именно такой ресурсный комплекс. Алена Золотарева, доцент департамента психологии факультета социальных наук, и ее научно-учебная группа «Психологический иммунитет как ресурс позитивного функционирования» разрабатывают интегративную модель этого феномена, адаптируют методики диагностики и готовятся к масштабным эмпирическим исследованиям. Зачем психологам коллаборации с медиками и как их разработки могут изменить профилактику в клиниках и корпорациях?

Этот материал продолжает рассказ о проектах новых научно-учебных групп (НУГ) НИУ ВШЭ.

 

— Как возникла идея вашего проекта?

— Этот проект — продолжение нашего прошлогоднего проекта. В прошлом году мы с командой занимались обзором и анализом современных психосоматических исследований и пришли к выводу, что целостное понимание природы психосоматических заболеваний возможно лишь тогда, когда наряду с дефицитами мы изучаем и ресурсы человека. Традиционно психосоматические заболевания изучаются в рамках психопатологии, а мы предположили, что психологический иммунитет как комплекс ресурсов личности может и предотвращать развитие каких-то заболеваний, и помогать справляться с вызовами уже имеющихся заболеваний.

— В чем цель и задачи вашего проекта НУГ?

— Понятие психологического иммунитета является достаточно молодым. Оно было введено в научный обиход в начале 2000-х годов, и с тех пор ведутся отдельные исследования по этой теме. Мы ставим своей целью разработку интегративной модели психологического иммунитета. Кроме того, мы планируем изучить роль психологического иммунитета в переживании трудных жизненных обстоятельств.

— Как бы вы объяснили актуальность проекта?

— Актуальность проекта обусловлена тем, что современный человек сталкивается с так называемой глобальной нестабильностью: в условиях военных конфликтов, экономических кризисов и ускоренной цифровой трансформации психика отдельных людей и сообществ подвергается серьезным угрозам. Развитие концепции психологического иммунитета может помочь нам разработать новые подходы к укреплению психического здоровья и повышению психологического благополучия.

— Какие результаты вы рассчитываете получить?

— Главный результат, к которому мы стремимся, — прийти к глубокому и целостному пониманию того, как работает психологический иммунитет: в каких условиях он развивается, какими методами можно его поддерживать, что делать, когда он не справляется с вызовами повседневности. Мы ставим перед собой ряд задач, решение которых позволит нам приблизиться к этому пониманию. В частности, сейчас мы активно работаем над адаптацией психодиагностических методик, направленных на оценку психологического иммунитета. В дальнейшем эти методики будут использованы в эмпирических исследованиях психологического иммунитета, проводимых нашей командой.

— С какими трудностями вы уже столкнулись или предполагаете столкнуться в процессе реализации проекта?

— Трудности, с которыми мы столкнулись и, думаю, будем еще сталкиваться, вполне стандартные для психологических исследований. Прежде всего речь идет о том, что после пандемии COVID-19, когда психологи проводили много исследований, мы наблюдаем усталость респондентов от опросов. Соответственно, нам приходится прикладывать много усилий для того, чтобы найти и замотивировать респондентов.

Другая трудность заключается в том, что понятие психологического иммунитета является, по существу, междисциплинарным, а это значит, что и его изучение должно быть междисциплинарным. В данное время мы начинаем сотрудничать со специалистами в области медицинских наук, планируем изучать взаимосвязи психологического иммунитета с биомедицинскими показателями. Нам не хватает финансирования для проведения более масштабных исследований. Однако мы планируем преодолеть эти трудности — в частности, готовимся подать заявку на конкурс грантов Российского научного фонда.

— Как подбирались участники проекта? Расскажите о ключевых участниках.

— Как я уже отмечала, настоящий проект является продолжением прошлогоднего проекта, который был посвящен теоретическому обзору психосоматических исследований в России. Наша команда в полном составе перешла в текущий проект, всех его участников я могу назвать ключевыми, поэтому расскажу о каждом. В нашей научно-учебной группе три аспиранта аспирантской школы по психологии: Дарья Белослудцева, Елена Коренева и Юлия Чернухина. Коллеги успешно совмещают работу над своими кандидатскими диссертациями, посвященными вопросам здоровья и благополучия, с работой в НУГ. Кроме того, в нашей команде три студента департамента психологии: Алиса Никитина, Ирина Паницына и Харитон Кулижников, которые поступают в нашу аспирантуру и также успешно совмещают работу над несколькими исследованиями. Наконец, в этом году к нашей команде присоединилась Елена Казенная, известный специалист в области психологии экстремальных ситуаций, психологии и психотерапии травмы, близкий мне по духу и отношению к науке человек.

— Какие перспективы у вашего проекта?

— Проект перспективен сразу в нескольких направлениях. Академические перспективы связаны с тем, что в России впервые будет системно освещен концепт психологического иммунитета. Результаты наших исследований могут лечь в основу новых научных разработок в области клинической психологии, психофизиологии и психосоматической медицины. Прикладные перспективы проекта связаны с возможной интеграцией концепта в практику программ психологической профилактики и консультирования. Мы предполагаем, что психологический иммунитет имеет динамическую природу и может откликаться на терапевтические и профилактические вмешательства. Коммерческие перспективы мы связываем с внедрением практик развития психологического иммунитета в программы здоровьесбережения, осуществляемые как государством, так и различными медицинскими организациями. Мне бы хотелось, чтобы наши исследования развивались во всех этих направлениях и получали не только научное, но и практическое применение.

31 августа