«Франция способна очаровать каждого»

Никишина Елена Андреевна

О французской культуре можно говорить через ее архетипичные черты, например через манию и смелость или то, что называется французской страстью. Она отражается и в языке, а в научном тексте позволяет сделать исследование интересным. В выпуске, посвященном французскому языку, об особенностях этого языка, причинах и опыте его изучения, а также практиках перевода рассказывает Елена Никишина, доцент Школы лингвистики факультета гуманитарных наук.

 

— Как получилось, что вы стали изучать французский? С чего началась ваша история его изучения?

— Я полюбила французский еще в школе. Изучение иностранного языка в моей школе начиналось с пятого класса, но еще в третьем классе произошел любопытный случай. К нам должна была приехать делегация из Франции, и школа готовила торжественный прием. Для выступления искали не только старшеклассников, но и младших учеников. В наш класс на урок пришла школьная учительница французского языка и попросила каждого повторить за ней несколько фраз на французском, оценивая, насколько хорошо мы способны имитировать французское произношение. Мы не понимали смысла этих слов, но каким-то неведомым образом она выбрала меня и еще одного мальчика. Нам предстояло выступить перед гостями. Я должна была произнести фразу: “Paix pour les grands!” («Мир для больших!») А мальчик должен был сказать: “Paix pour les petits!” («Мир для маленьких!») Так состоялось мое знакомство с французским языком. После этого я записалась в школьный кружок французского языка, где с третьего по пятый класс учила песенки, стихи, скороговорки. А с пятого класса начались уже более серьезные занятия.

Наша учительница Людмила Николаевна Китаева так вдохновенно преподавала, так щедро делилась с нами своей любовью к Франции и французскому языку, что впоследствии половина класса стала ходить на ее факультатив. Мы ставили сценки, углубленно разбирали грамматические темы и в седьмом классе даже поехали на районный конкурс по французскому языку.

Нужно сказать, что моя школа находилась в маленьком городке под Сергиевым Посадом, а у Сергиева Посада был побратим — небольшой французский городок в окрестностях Парижа под названием Рюэй-Мальмезон, известный замком, который Наполеон построил для своей первой жены Жозефины. У двух городов был в те годы проект по обмену: школьники из Сергиева Посада ездили во Францию, жили во французских семьях, а затем принимали французских учеников у себя. Я не могла участвовать в обмене напрямую, так как не жила непосредственно в Сергиевом Посаде, но зато призеры районного конкурса по французскому языку получали в награду возможность поехать во Францию. И вот в конце седьмого класса мы с подругой заняли на этом конкурсе второе место и поехали в Рюэй-Мальмезон.

Это была моя первая поездка за границу и первое путешествие без родителей. Общение с французской семьей, в которой я жила, Париж с его Нотр-Дамом, Лувром и Монмартром — все это произвело на меня неизгладимое впечатление и совершенно очаровало. Тогда я начала понимать, что французский, скорее всего, станет частью моей жизни. В старших классах я углубленно занималась языком, а после школы поступила в Институт лингвистики РГГУ, где продолжила изучение этого прекрасного языка под руководством очень строгой, но совершенно блестящей преподавательницы Александры Борисовны Чудецкой.

После университета в моей жизни было еще много поездок во Францию — на учебу в магистратуре, на научные стажировки и конференции, и французский язык действительно стал моей профессией.

Замок Жозефины

— Какие советы, которые могли бы помочь в процессе обучения, вы можете дать тем, кто изучает французский?

— Первый совет: учите язык в тесной связи с культурой. Франция способна очаровать каждого, нужно только дать ей сделать это с собой: позвольте себе влюбиться в ее искусство, историю, музыку, кухню. Так изучение языка будет даваться легче!

Второй совет: не сдавайтесь из-за сложностей в начале пути. Студенты, начинающие изучать французский с нуля, чаще всего делятся на две группы. Одним французский дается достаточно быстро: буквально со второго-третьего занятия они начинают легко читать, без труда запоминают слова и естественным образом усваивают структуру фразы. Другие же долго не могут справиться с носовыми звуками и грассированным «р», с необходимостью делать ударение на последнем слоге и т.д., из-за этого им начинает казаться, что французский — это не для них, что он им не поддается, сопротивляется, что, пожалуй, лучше переключиться на какой-нибудь другой язык. Но я советую не поддаваться таким настроениям, ведь это иллюзия! Дело в том, что кто-то легче и быстрее адаптируется к новому языку, а кому-то нужно чуть больше времени. По своему опыту могу сказать, что, преодолев эту начальную стадию адаптации, студенты из обеих групп уже к концу первого года обучения сравниваются и продолжают изучать французский в одинаковом темпе. Нужно просто побольше работать: без устали делать фонетические упражнения, петь песни и смотреть мультфильмы на французском. В этом деле главное — не бросать в самом начале.

— Какой отпечаток накладывает французский на постановку и описание научной проблемы?

— После окончания РГГУ я пошла учиться во Французский университетский колледж при МГУ (Collège universitaire français de Moscou). Это невероятное учебное заведение было создано академиком Андреем Сахаровым и французским писателем и общественным деятелем Мареком Хальтером в 1991 году. Благодаря этому колледжу студенты российских вузов могли слушать вживую лекции французских профессоров и писать под их руководством научные работы, а в конце обучения имели возможность получить стипендию для обучения в магистратуре одного из французских университетов.

Я получила такую стипендию и поехала на год в Париж учиться в магистратуре по социологии в Университете Париж V (Université Paris-Descartes). Но главное даже не это. Учеба в этом Французском колледже (CUF) стала одним из важнейших этапов моей франкоязычной жизни, потому что именно там я познакомилась с французскими академическими традициями. Честно говоря, только там я по-настоящему научилась писать научные тексты.

Сейчас во многих университетских программах, в том числе в Вышке, есть отдельный курс «Академическое письмо», где студентов учат тому, как выстраивать рассуждение, описывать методологию, при этом делая текст интересным. Но в начале 2000-х, когда я училась в университете, этого еще не было. Все наши курсовые и дипломы писались, можно сказать, по наитию. Пожалуй, единственное, на что мы тогда опирались, — это какие-то фоновые знания, общая эрудиция и здравый смысл.

Во Французском колледже огромное внимание уделялось освоению структуры академического текста, потому что традиционно французы учатся этому еще в школе. Мы много анализировали уже существующие научные работы (в моем случае это были тексты Вебера, Дюркгейма, Маркса, Бурдьё, и др., ведь я училась на отделении социологии), нашей целью было научиться писать подобные тексты самостоятельно. Мы много упражнялись, готовили устные выступления, писали тексты разных жанров, таких как commentaire composé и synthèse.

В конце второго года обучения каждый студент колледжа должен был написать что-то вроде выпускной квалификационной работы на французском языке. Я писала работу о языковой интеграции армян и азербайджанцев в Москве на примере школ с этнокультурным компонентом. Тема была безумно интересная, но, несмотря на все мои усилия, работа получалась слишком описательной. Казалось, что мне никак не удавалось добавить туда изюминку. И в какой-то момент, когда я обсуждала свой текст с одним из своих научных руководителей, Françoise Daucé, она сказала мне вещь, ставшую для меня ключевой в деле написания научных текстов и вообще организации научного исследования. Она объяснила, что для того, чтобы исследование читалось как захватывающий детектив, главное — с самого начала правильно поставить исследовательский вопрос. “Il faut mieux formuler la question de depart que vous vous posez, il faut problématiser votre plan” («Прежде всего нужно сформулировать исходный вопрос, который вы себе задаете, проблематизировать план и тему исследования») — вот что она мне сказала. Этот вопрос должен быть действительно значимым, поскольку все исследование выстраивается как ответ на этот вопрос, как решение обозначенной проблемы. Правильно сформулированный вопрос должен призывать к дискуссии, к размышлениям, и вместе с тем он должен быть неочевидным и нетривиальным. Французы называют такой вопрос problématique — «проблематика».

Сартр часто ставил problématique своих текстов именно в кафе

Это знание помогло мне в дальнейшем написать кандидатскую диссертацию. И теперь, когда я пишу любую статью, неважно — на русском или на французском, я всегда прежде всего формулирую этот ключевой вопрос, проблематику, при этом мысленно тестирую себя: «Интересно ли мне отвечать на этот вопрос?» Если ответ положительный, значит, и тем, кто будет читать мой текст, это тоже будет интересно.

Годы учебы во Французском колледже были очень увлекательными, насыщенными и яркими. Там я окончательно укрепилась в мысли о том, что мой выбор связать свою жизнь с французским языком правильный. После окончания французской магистратуры я вернулась в Россию и с 2011 года начала преподавать этот прекрасный язык на отделении лингвистики в Высшей школе экономики.

— Планируете ли в дальнейшем новые исследовательские проекты, связанные с этим языком?

— Я уже несколько лет занимаюсь сравнительным исследованием личных местоимений во французском и русском языках и неоднократно выступала с докладами на эту тему на разных конференциях. Я планирую продолжать этот проект, потому что тема очень интересная и еще не до конца изучена.

— Если бы у вас была возможность провести личную экскурсию по значимым местам, которые у вас ассоциируются с этим языком, то какие места вы бы посетили и почему?

— Понятно, что в самой Франции, в Париже, таких мест множество, и все они ассоциируются с французским языком. Но если говорить о значимых местах, связанных с Францией, в Москве, то я бы прежде всего назвала Пушкинский музей, в котором собрана прекрасная коллекция французских импрессионистов. Любому, кто изучает французский язык, необходимо познакомиться с этим направлением живописи. Там можно увидеть картины Моне, Ренуара, Ван Гога, Гогена, Писсарро, Синьяка, Сезанна и др. — это как будто маленький кусочек Музея Орсе в Москве.

Если говорить о гастрономических радостях, то это кафе-пекарня Paul, где можно попробовать и настоящие круассаны, и другие французские классические блюда, такие как крок-мадам и крок-месье.

Для меня, конечно, французский язык всегда ассоциировался с Французским институтом в Москве, так что следующим объектом экскурсии может быть именно он. Раньше он назывался Французским культурным центром и располагался в Иностранке (в Библиотеке иностранной литературы). В студенческие годы я часто брала в медиатеке центра французские книжки, журналы и диски и вообще проводила там уйму времени. Сейчас он находится в Милютинском переулке, совсем недалеко от Вышки, там проходит множество культурных мероприятий: кинопоказы, концерты и научно-популярные лекции. Всем, кто интересуется французской культурой и французским языком, советую посетить это замечательное место.

Завершить экскурсию можно спектаклем «Мой Брель» в Мастерской Петра Фоменко, где звучат в прекрасном исполнении артистов этого театра песни одного из моих любимых французских шансонье — Жака Бреля. Кстати, совсем недавно я ходила на этот спектакль со своими студентами, все остались очень довольны.

— Какие художественные произведения, по вашему мнению, наиболее ярко отражают уникальный характер и богатство этого языка?

— На этот вопрос хочется дать ответ, который любят все мои студенты: “C’est une question très difficile” («Это очень сложный вопрос»). Французская культура настолько богата и разнообразна, что трудно выбрать какие-то отдельные произведения, отражающие специфику французского языка. Но я попробую.

Если говорить о литературе, то я очень люблю произведения современного писателя Даниэля Пеннака и всем рекомендую с ним познакомиться. Писатель обладает талантом очень чутко фиксировать в своих произведениях современную живую устную речь.

Еще я обожаю сказки Пьера Грипари, в которых сочетается сразу много всего: и оригинальные сказочные сюжеты, и прекрасный французский язык, и тонкий французский юмор, и любовь к Парижу. У него даже есть сборник под названием «Сказки улицы Брока» — вместе с улицей Муфтар, которая тоже фигурирует в его сказках, это один из моих любимых кварталов Парижа.

Третий автор, которого я хотела бы назвать, — это Марсель Эме. Читать его, может быть, местами не так легко, но безумно интересно. Он захватывает своими остроумными сюжетами и живым языком.

Если говорить о музыке, то назову Сержа Генсбура, еще одного из моих любимых исполнителей. Он известен не только как певец и композитор, но и как провокатор: например, в 1979 году он записал скандальный вариант французского гимна в стиле регги. И эту регги-версию «Марсельезы» французы теперь любят чуть ли не больше, чем классическую. Его творчеству постоянно посвящают спектакли, фильмы, выставки.

Что касается кино, назову фильмы, которые условно можно отнести к двум совершенно разным направлениям. Первое — это фильмы знаменитой «Новой волны», классика французского кино, на которую до сих пор ориентируются представители мирового кинематографа. Я говорю о фильмах Годара и Трюффо. Без них знакомство с французской культурой и французским языком будет неполным, так как они являются частью культурного кода французов.

Но есть и другое направление, которое тоже близко моему сердцу, — это французские комедии. Мне кажется, французский юмор уникален, его не все любят, но вместе с тем справедливо называют тонким, хотя порой он и доходит до абсурда. Тут я хотела бы отметить фильм “Bienvenue chez les Ch’tis” («Добро пожаловать к штям»), над которым я от души смеюсь каждый раз, когда его пересматриваю. Этот фильм не только является прекрасным образцом французского юмора, но и представляет интерес с лингвистической точки зрения. Думаю, он, несомненно, привлечет внимание тех, кто интересуется региональными разновидностями французского языка, потому что в центре сюжета — пикардийский диалект французского языка ch’ti (шти).

Этот список крайне субъективен, к тому же его очень трудно завершить, поэтому в заключение скажу лишь, что французский язык открывается каждому по-своему. Изучая его и погружаясь в мир французской культуры, каждый находит в нем что-то свое — уникальное и личное.

24 сентября, 2025 г.